Крестьянин девятьсот девяносто девятого уровня

Крестьянин с девяносто девятым уровнем врывается в подземелье, где монстры разбегаются от одного его вида. Он не носит доспехи и не владеет магией, зато таскает за спиной плуг, которым сносит головы драконам. Вместо заклинаний у него грубая сила и навыки фермерского труда, доведенные до абсолюта. Парень копает, сеет и собирает урожай прямо на полях сражений, попутно разнося в щепки армии нежити. Окружающие герои в блестящих латах только открывают рты, когда он одной левой выкорчевывает вековой лес, чтобы расчистить место под картошку. Его не волнуют квесты на спасение принцесс, ему нужно вспахать участок до заката.

Вся магия этого мира подчиняется строгим правилам, но крестьянин их просто не замечает. Он не читает гримуары и не тренирует ману, зато знает, как удобрять почву, чтобы вырастить морковку размером с дом. Когда королевство сталкивается с угрозой голода, именно его грядки спасают жителей, а не эликсиры алхимиков. Парень не лезет в политику и не строит интриги, он просто пашет землю, попутно вынося вражеские отряды мотыгой. Демоны и рыцари одинаково беспомощны перед его железной логикой: если поле не вспахано, урожай не взойдет, а значит, не будет хлеба. И плевать, что вокруг война и конец света.