Фотоателье

В фотоателье на тихой улочке старые камеры хранят не просто плёнку. Они хранят чью то боль. Когда парень по имени Котаро впервые переступает порог мастерской, он не ищет чудес. Ему просто нужно проявить плёнку с последней прогулки с бабушкой. Но вместо обычного снимка из проявочной машины вылезает сама бабушка. Живая. Растерянная. Она не понимает, почему вдруг оказалась здесь, а не в больничной палате. Котаро в панике хватает её за руку, но пальцы проходят сквозь ткань халата. Старушка шепчет, что забыла сказать ему что то важное, и тает в воздухе, оставляя на полу мокрое пятно от проявителя.

Старый фотограф застаёт Котаро за попыткой вытрясти из аппарата душу. Он спокойно объясняет, что каждая камера в ателье сняла чью то смерть. Не просто зафиксировала момент, а вытянула последнюю мысль умирающего. Теперь эти мысли заперты в плёнке и ждут, когда их проявят. Котаро не верит, но фотограф вставляет в проектор другой негатив. На стене появляется женщина в окровавленном фартуке. Она кричит, чтобы он позвонил её дочери и сказал, что пирог в духовке. Плёнка плавится, изображение идёт рябью. Фотограф даёт Котаро старый «Зенит» и говорит, что теперь это его работа. Снимать умирающих. Проявлять их последние слова. И не пытаться их спасти, потому что плёнка не умеет врать.